Зимняя рыбалка на Киевском море

Автор
Опубликовано: 2371 день назад (26 марта 2011)
Рубрика: Рыбалка
Редактировалось: 3 раза — последний 13 августа 2015
Настроение: Жду настоящей весенней погодки
Играет: Да
0
Голосов: 0

Январь. Глухая пора. Еще темно. Снегом привалило тротуары. Из-под колес случайных машин вылетают примятые кубики. На углу Борщаговской — новые попутчики. Говорить особенно не хочется. Гремят ящики, подбрасываются в такт ходу вещмешки.

 

- Куда? А кто же знает — «куда»? Даже в заливах примолк синец, густера клюет только один раз в сутки — рано-рано утром. На выходе Матвеевского поймаешь одну-две, и все. На Кирпичке и вовсе плохо. Позавчера, правда, кто-то нашел местечко — на яме. Подцепил, и то за глаз, «краснопчика»... На Осокорках перестала брать даже верховодка. На море? Садимся. Тем более, что сегодня просто на подносе — мотыль. Не надо ехать за ним на «Днепр» — продают под мостом, рядом с заводом «Большевик». Едем на море. Лебедивка. Километрах в тридцати от Киева. Настоящий рыбак, думаю, «отведал» эти места, как гурман, повторяясь, отведывает вкусную, даже необыкновенно знакомую пищу. Занесите в свой блокнот, окунятники. Клюет иногда в самую неожиданную пору года. Здесь сердце оттаивает после многих неудач на заливах, на Тетереве, на пригородных озерах...

 

Бывают, конечно, и холостые проезды. Бывает, пробежишь все море вдоль и поперек. Но чаще возвращаешься с удачей. Окунь — по временам зимы. Попадаются «лапти» — свыше килограмма. Попадается, между окунями, крупная плотва... Сейчас один разговор в автобусе: «давно уже не клюет; ездили — вчера были, пусто»... ...Решили на море. Лебедивка. Хорошо бы поспеть к рассвету. За окном — знакомый город. Приглушенные тона огней, выбеленные тротуары, чернеющие ряды деревьев. Проехали площадь имени Шевченко. Поворот к морю. Позади поселок, Киевская ГЭС...

 

Радуемся: не припозднимся — «Табачка»1. Здесь выходит человек пять. У каждого свои места. Мы со Славиком — до конца дороги. Это молодое рационалистичное поколение не сманишь на новое место ни золотой рыбкой, пи ядреным здоровым воздухом. Знакомый разворот у «флюгера». Знакомый перегуд, знакомая эта маленькая рыбацкая хитрость: чтобы не увязались за тобой — прикинься простачком, вроде ты тут — начинающий, ничего-то не знаешь, сроду не ловил... За такими-то, правда, и увязываются чаще всего рыбачки посмекалистее... Море — рядом. За бетонным забором. Темно. Похрустывает снег. Посмышленее — сразу на бетонку. Идут по ней уже гуськом. Молча. Идут старые, молодые. Умельцы, зелень-зеленушки. Скажем, вон тот, в летной куртке. Тот поймает в пустом ведре, поймает в любое время суток, в любую погоду. Всего одна удочка. Налегке. Складной легкий стульчик. Налегке, а тепло одет. Ушанку не опускает в самый злой мороз. Вышагивает не спеша, солидно, не оглядываясь. Увяжется за ним сто человек — на всех хватит. «Посоревнуемся»... Отпуск берет в марте. Едет только за бетонку — километров в пяти отсюда...

 

В сегодняшнюю субботу настроен, как всегда, оптимистически. «Глухая пора? Бросьте, ребята! Сегодня будет клев — праздник души, именины сердца... Поверьте слову рыбака». Пристраиваюсь. Стоит зеленое-зеленое предутро. Лед дышит морозом. Начался снег — вначале суховатый, потом мокрей и мокрей. Чего стоит пробить лунку? Семьдесят пять сантиметров труда. Сколько ударов? 500? 2000? 5000? А кто их, эти удары сплеча, считает! Уже в рассветной пелене валит пар... Один. Все разбрелись. Славик метрах в пятнадцати-двадцати. Остальные вдалеке бьют лунки. «Дальше в лес — больше дров». Здесь па атом лице моря,— уповай на счастье. Счастье? Да я эти места знаю, кажется, сто лет. Вон отметка — от нес восемьдесят — восемьдесят пять метров, потом чуть влево — семь—десять шагов. Там я еще в позапрошлом году... Клюй, рыбка, большая и маленькая! То было давно и все прошло. Было давно и неправда. Тьфу-тьфу-тьфу! Ловись и не журись! ...Я вспоминаю, как нашел это место.

 

Счастье всегда приходит нежданно-негаданно. Помню, вышли из автобуса, побежали вглубь, подальше от берега. Да, для здешних мест новичок, нюхом почуял: этот, что идет впереди,— знает, где да как. Как он был уверен, этот мужик! Как шагал в сторонку от всех. Развернулся: бах-бах пешней... И по этому стуку, и по всему другому понимаешь: он пи черта в рыбалке не смыслит! У него не пешня — кувалда... Лед гудит — бомбардировка! Пока дождешься поклевки — умрешь от скуки. Ладно. Не кидать же лунку па половине. Дорубил. Нехотя наладил снасть. Один мотылек. Как всегда. Возьмет, не возьмет? Не возьмет — пойдем ко всем, в здоровый коллектив. Мы люди не гордые. Я не понял, что же тогда произошло. Кивок медленно нагнулся — я рванул!..

 

Не дайте неудаче начинать с первой поклевки! Порыв. Может, на зацепе? Спокойно. Еще спокойней. Чего дрожишь? Перевяжи. Может, обыкновенный зацеп? Может, пень, колода, старое колесо? ...Я помню прошлогоднюю мартовскую оттепель па этом самом месте. Тоже все побежали туда, тоже посмеивались. А чуть-чуть правее места, где только что вырублена лунка, вечером клюнуло. Он. Если бы Он был — окунь, тогда зачем бы вдруг стал так «переть»? Он — окунь — идет нормально. Подводил к лунке раз десять. Наконец он сунул морду, ухватился... Вытащил и, кажется, ошалел от радости: крючок был сломан! Он удерживался чудом!

Комментарии (0)
Добавить комментарий